Головна > НАТО > Фактически мы вернулись во времена “холодной войны”

Фактически мы вернулись во времена “холодной войны”

Бывший генсек Альянса рассказал, чего ждать от Трампа, почему Европа жалуется на нового американского президента, и с чем была связана последняя эскалация боевых действий в Авдеевке.

Настоящей звездой второго дня Мюнхенской конференции по безопасности стал вице-президент США Майк Пенс. Его приезда европейские лидеры ждали больше всего. Все надеялись, что Пенс привезет обнадеживающие заверения из-за океана о приверженности Штатов трансатлантическому сотрудничеству и поддержке Европы, так как все слышали предвыборные слоганы Дональда Трампа о том, что Альянс устарел. Выступая на конференции, Майк Пенс передал слова Трампа о решительной поддержке НАТО Штатами. Но, уже в привычной для Трампа манере кнута и пряника, Пенс тут же напомнил об обязательствах стран-членов Альянса. Речь идет о суммах обязательных расходов на оборону в 2% ВВП, которые исправно платят пока только пять стран-участниц НАТО. По поводу России вице-президент США сказал, что новая Администрация продолжит искать совместные точки соприкосновения с Кремлем. В тоже время Штаты продолжат оказывать давление на Россию в вопросе выполнения Минских Соглашений. И, по словам Петра Порошенко, который вчера с глазу на глаз переговорил с Майком Пенсом, никаких сделок с Москвой по Украине за спиной самой Украины не будет. Но достаточно размытой остается судьба самих Минских соглашений, которые Россия даже не думает выполнять. В этом НАТО мог бы помочь Украине, только это вызовет еще большую агрессию России. Бывший генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен считает, что помочь Украине установить на Донбассе устойчивое перемирие могли бы ООН и ОБСЕ. Но, опять-таки, все упирается в согласие России. В интервью “Сегодня” бывший генсек Альянса рассказал, чего ждать от Трампа, почему Европа жалуется на нового американского президента, и с чем была связана последняя эскалация боевых действий в Авдеевке.

– В этом году на Мюнхенской конференции только и говорили о том, а есть ли жизнь после избрания Трампа президентом США? Европейские лидеры так боятся Трампа, или боятся его непредсказуемости?

– Прежде всего, дайте мне напомнить, что как раз перед американскими выборами я опубликовал книгу, которая называется “Желание управлять” (“Thewilltolead”), где я обозначил, что мы нуждаемся в глобальном американском лидерстве. Прочитав, вы поймете, что я не закончил ее победой господина Трампа. Но сейчас он избранный лидер самой сильной страны в мире. Так что теперь мы должны с ним иметь дело. Мы должны вынести из этого самое лучшее. И на самом деле я не могу серьезно воспринимать, когда слышу и вижу, как европейские лидеры задают все эти вопросы, выражая недовольство по поводу Трампа. Потому что в течение многих лет европейцы были свободными “всадниками”, они воспринимали трансатлантическое сотрудничество как должное. Они думали, что американцы будут всегда решать все проблемы, что они будут финансировать необходимые оборонные вопросы, и будут оказывать экономическую помощь в случае необходимости. Но сейчас европейцы должны переосмыслить все это, европейцы должны посмотреть, как они как европейцы могут инвестировать больше политически и экономически в трансатлантическое сотрудничество. И вообще-то я думаю, будет полезной дискуссия, как и в какие сроки, начать инвестировать больше в свою собственную безопасность. Мы привыкли, что американцы постоянно приходят и помогают, если мы в этом нуждаемся. Сейчас пришло время делать больше самостоятельно. И экономически мы привыкли к зоне свободной торговли и т.д. Но сейчас господин Трамп поставил это под сомнение. Что я считаю, в долгосрочной перспективе может быть очень опасным. Но опять-таки европейцы должны переосмыслить свои отношения с США. И на самом деле я считаю, что мы не должны рассматривать это как угрозу, а должны принять шанс дальнейшего развития трансатлантического сотрудничества.

– Вы верите в такую популярную сегодня возможность “bigdeal” между Россией и США?

– Конечно, непредсказуемость и неопределенность – особенность сегодняшнего дня. Потому что мы никогда не знаем, что Трамп может написать в своем Twitter завтра. Но, опять повторюсь, я не думаю, что это настоящий риск. Во-первых, я думаю, что саммит США-Россия не состоится до или после саммита НАТО в мае. На саммите НАТО вы можете быть уверены, мы услышим, что трансатлантическое сотрудничество прочное, что США непоколебимы в своих ценностях, а НАТО – краеугольный камень, которому надо следовать. И на основе этого Трамп может вести переговоры с Путиным с позиции единства и прочности.

– Как Вы считаете, правильно ли Россия понимает и отвечает на действия НАТО? От главы российского МИДа Сергея Лаврова мы услышали, что Кремль воспринимает действия НАТО как агрессию. И они отвечают на это увеличением ракетной мощи, к примеру, в Калининграде. Это похоже на новую гонку вооружений.

– Я согласен. Я вообще не понимаю реакции России на все это. В 1991-92 году, когда закончилась “холодная война”, мы воспринимали Россию, как партнера. И мы сделали много, чтобы включить Россию в наши безопасностные структуры. В 1997 году мы подписали “Основополагающий акт Россия-НАТО” о сотрудничестве. И вообще-то мы позволили России открыть свое постоянное представительство в Брюсселе, что-то наподобие российского посольства внутри штаб-квартиры НАТО, как меры по укреплению доверия. В 2002 году мы предприняли дальнейшие шаги, мы создали Совет Россия-НАТО. И в 2010 году на саммите Россия-НАТО мы решили развивать то, что мы называем стратегическим сотрудничеством между Россией и НАТО. Все это время мы рассматривали Россию, как партнера. Но мы увидели, что Россия напала на Грузию в 2008 году, напала на Украину в 2014 году. Поэтому мы должны осознавать, что Россия не партнер. И шаги, которые мы предприняли, оборонительные. Они не наступательные, они не направлены против России, но они направлены исправить нашу способность защитить себя, если кто-то на нас нападет. Именно поэтому я не понимаю реакцию России.

– Если мы говорим о Европе, действительно, Россия ведет гибридную войну. В Украине же Кремль ведет полномасштабную войну с элементами гибридности, если можно так сказать. Счет пошел на более чем 10 тыс погибших, и это только по официальной статистике. Как думаете, Европа и США понимают это, они достаточно помогают Украине, чтобы победить Россию в этой войне?

– Я думаю, мы должны делать намного больше. Потому что это может даже более важно, чем использование военной мощи. Потому что это информационная война. И мы увидели, как Россия пытается вмешиваться (в дела ЕС – Авт.) через выборы в западных странах. И сейчас мы на пороге выборов в Нидерландах, во Франции, Германии, возможно также в Италии… Поэтому это будет чрезвычайно опасно, если мы позволим России и дальше вмешиваться. Я думаю, мы должны предпринять попытки препятствовать российской дезинформационной кампании, попыткам продвигать “фейковые” новости. Фактически мы вернулись во времена “холодной войны” с призывами “освободить Европу” и т.д.

– Многие связывают эскалацию военных действий в Авдеевке с первым телефонным разговором Трампа с Путиным. Мол, таким образом, Кремль повышает ставки.

– Мы не знаем, кто за этим стоит. Конечно, они могли так сделать: пойти на эскалацию, чтобы повысить свои позиции на переговорах. Но, с другой стороны, я также считаю, что они не хотятподрывать свои хорошие отношения с Трампом. Развитие событий в Вашингтоне может изменить эти просчеты в Москве, потому что Путин сейчас понимает, что легко установить хорошие отношения с новой Администрацией будет не так уж просто. Поэтому он (Путин – Авт.) может изменить свои расчеты (и пойти на эскалацию – Авт.).

– Вы верите в то, что в этом году, наконец, Россия выполнит свою часть Минских соглашений?

– Я могу только надеяться. Но я думаю, нам нужна ясность относительно “Дорожной карты” по Минским соглашениям. Сейчас непонятно, когда и как Украина может восстановить полноценный контроль над своей восточной границей. Поэтому я думаю это нужно прояснить. Я также думаю, что мы должны сделать это ключевым пунктом в Минских соглашениях – Украина должна вернуть полный контроль над своей восточной границей. И конечно должны последовать шаги в этом направлении: это могут быть международные силы, которые возьмут границу под контроль.

– НАТО нам поможет?

– Конечно, но я уверен, что Россия будет против. Поэтому, это может быть ООН или ОБСЕ. Но я по-прежнему считаю, и это должно быть нашей главной целью – Украина должна вернуть полный контроль над своей восточной границей. Что также будет включать вывод всех российских войск с Донбасса, всей техники и вооружения. И только после вывода российских войск и техники, и возобновления контроля над границей вы можете проводить выборы.

Источник

Якщо нижче на кнопці Ви бачите пальця догори - натисніть цю кнопку та отримуйте ще більше цікавих новин у Facebook:



І не забудьте підтвердити свій намір.


Слідкуйте за нами в Facebook:



І не забудьте підтвердити свій намір.